Заказать третий номер

Просмотров: 1422
12 Декабрь 2013 года

Алексею Парщикову и                                                            

Сергею Новикову

 

      Солнце уже начинало припекать, и на море было больно смотреть. Словно сверкали, играли и переливались тысячи слепящих зеркалец, которые пытались поймать его, Вадима Петровича, в потный фокус, чтобы прогнать с набережной пить пиво.

      Но на пиво еще надо заработать. А он с утра не продал ни одной книги. Не помог даже магический ритуал с «бычком» сигареты «Davidoff», ко-торый нашел возле отеля «Ореанда» и берег для вот таких безнадежных случаев, чтобы по феншую привлекать богатство.

      Нет, сегодня не его день. И эти люди на набережной - ни его. Такое впечатление, что все они сознательно обходят его стороной, словно боясь заразиться вирусом, имя которому - лох.

      Потому что только лох может на набережной продавать книги. Только лох может быть врачом и сидеть без работы, которая вроде бы и должна любить дураков, но выбрала в дураки совсем другого.

      ...Лишь один поэт-шатун остановился полистать книгу «Архаические техники экстаза», пока ни наткнулся на загадочное слово: «пудак», от которого  в его голове что-то замкнуло, и он совсем трезвым голосом сказал:

     - Мы только вероятные пространства, меж них, меж точек, въедливых в ничто...

     И, обнаружив в этом «вероятном пространстве» его, Вадима Петровича, небритый морд, счел нужным напомнить главное:

     - Не забывай о заброшенных самолетах в снегах...

      Это было что-то новое. О «заброшенных самолетах» (в снегах) поэт-шатун ему еще не говорил. А вот о калощадке* рассказывал... Обещал даже показать, где она живет, хотя, в принципе, это тайна, которую знают всего двое**, и теперь будет знать он, Вадим Петрович, если даст два рубля.

      Почему-то тайна всегда стоит денег.

 

     *Калощадка – это огромный кролик тридцать метров в длину и метров... восемьдесят в высоту, который живет в Ялте и ему, поэту, приходится кормить ее своей праной, которую он начал добывать из пива. Хотя можно и из портвейна, но портвейн стоит дороже.

     Еще две калощадки живут – одна в Намибии, другая в Новой Зеландии.  А так как все калощадки между собой связаны, то, возможно, он в Ялте одновременно кормит своей праной и других калощадок.

 

      ...И уже уходил в туман «Ореанды», где начинается седьмой «пудак» - последняя ступень перед нисхождением в аид (он, Вадим Петрович,  потом нашел это место в книге), где живет бог Эрлик Хан, с которым надо выпить (чтобы задобрить). И тогда Эрлик Хан исполнит любое его желание.

      Об этом своим криком: «Наингак! Наингак!» сообщит птица... по всей видимости, чайка, от крика которой туман превращается в дождь и начинают плакать дети.

      Туман и в самом деле надвигался, а значит, надо собирать книги.    Кроме «Архаических техник экстаза» Мирча Элиаде, на парапете лежали: «Психология бессознательного», Зигмунда Фрейда, «Половые болезни», Маврова, «Кодекс японских самураев», «Глубокое замораживание и длительное хранение спермы производителя», «Эволюция сифилиса» Милича и «Китайский календарь» по дням до 2020 года.

      Вот и все, что осталось от его библиотеки, которая прямо на глазах исчезала в никуда. И сейчас, расставаясь со своими книгами, он незаметно из врача превращался в кого-то самому себе неизвестного и чужого, с которым все труднее и труднее становилось вступать в контакт.

      Первой это почувствовала жена Нина, которая теперь далеко - где-то на третьем уровне «пудака», а точнее, в штате Иллинойс, где она, вместо картин, раскрашивает ногти, потому что за это платят «маню». А на «маню» можно себя в любой стране чувствовать человеком, даже если рядом окажется мужчина по имени Дик... да еще с фамилией Вуд.

Но первое время Нина еще английского толком не знала и с гордостью подписывалась - Нина Вуд (почти, как Нина Ричи).

      Потом ей, конечно, знающие люди объяснили, что Дик Вуд с английского переводится, как «стоячий член». Поэтому этот Дик и жену в своей Америке не мог найти - никто не хотел связывать судьбу со «стоячим членом». Но Нине в тот момент было по барабану. Главное - что она оказалась в стране «стоячих членов», и у нее теперь есть «маня».       Не так много, как хотелось, но на колготки, по крайней мере, хватает. А остальное она заработает себе сама, так как ее Дик хоть и был Вуд, но большую часть времени лежал на диване у телека, чтобы не спугнуть судьбу, которая в любой момент могла решиться в телевизоре, если индекс Доу-Джонса пойдет вверх.

      Дик работал риелтором по продаже недвижимости и за последние годы продал всего одну недвижимость, на вырученные деньги от которой и завел себе жену Нину (как морскую свинку или рыбку гуппи, чтобы за ней наблюдать со стороны и думать о себе хорошо).

      Но в их заштатном городишке под названием Рокдейл дела шли все хуже и хуже, и все больше жителей становились риелторами. И Нина в ужасе представила, что скоро все жители станут риелторами, сперва их городка, а потом и всей остальной Америки.

      Еще из телевизора узнала, что за каких-то пятьдесят «маней» можно купить целую деревню с бензоколонкой, алкоголиком шерифом, двумя ковбоями и одной проституткой на пенсии, которая писала книгу воспоминаний под названием “SweetPussy”. Но и эту деревню, правда, с долгами, и писательницей никто не торопился покупать. И у Нины началась депрессия. Самая настоящая депрессия, а ни какая-нибудь «голова в затылке» или «депривационный синдром» по причине отсутствия присутствия (по всей видимости, денег).

      Несколько дней задумчиво лежала рядом с Диком Вудом на диване, пока в доме не кончились чипсы. И она на  clunker(е) Дика Вуда поехала за чипсами, а оказалась в Чикаго.

      Где-то в этом Чикаго жил президент Буш, который ее, конечно, встречать не собирался. Просто ей подмигнула обезьянка «манки», когда она остановилась возле какого-то «Хотела» в поисках туалета и вспомнила, что у нее совсем нет денег. 

      Обезьянку звали Чупа Чупс и от нее пахло клубничным вареньем, а потом сразу догонял запах кракелюрного лака для ногтей, от которого у нормальных людей обычно начинается мигрень.

     - Ты по объявлению? - спросила Чупа Чупс и, не дожидаясь ответа, показала ей рабочее место и туалет, в котором можно покурить.

      Нина еще хотела спросить, а что за работа, мол...

      Но к ней уже подсела Наоми Кембелл, которая не знала куда деть свои стройные ноги и тут же метнула одну Нине на стол, чтобы она не думала...  О своей депрессии не думала, не говоря уже о чипсах, которыми нужно кормить морскую свинку под названием Дик Вуд.

      А когда не думаешь, оно еще лучше получается.

      И Нина, не думая, нарисовала на ногте Наоми Кембелл сначала морскую свинку, которая сейчас где-то в затуманенном пространстве лежала на диване в ожидании причитающихся ей чипсов. А на втором ногте нарисовала этот самый «дик вуд» во всей, его, что называется, сомнительной красе... сперва красным лаком, потом синим, потом белым...

      К пятому ногтю ее фантазия настолько разыгралась, что затребовала вторую ногу, и в каком-то головокружительном амоке (видимо, все-таки лака надышалась) нарисовала еще пять «диков вудов» в разных положениях и оттенках.

      И здесь Нину поджидал эффект кинематографа, на который она не рассчитывала. Стоило Наоми Кембелл пошевелить пальцами, и «дик вуд» начинал показывать такое кино, что Нине не то, чтобы стало стыдно, а срочно захотелось покурить...

      А когда она вернулась, это кино уже смотрели все труженицы   массажного салона «Чупа Чупс», которых настоящее искусство застало, что называется, врасплох.

      Одна даже украдкой вытерла скупую мужскую слезу, потому что и в самом деле была немного мужчиной. Другая, словно в гипнозе, повторяла за Наоми Кембелл пальцами... только на руках.

      По стенам в холле тоже различное искусство было развешано. В основном, конечно, «мясо»... если не считать Сальвадора Дали. А точнее, его картины «Великий Мастурбатор», которую им в художественном училище показали под названием «Зов любви».

      На этот «зов» и откликнулась она, Нина, чтобы сделать знаменитой Наоми Кембелл, которая еще ни о чем не догадывается, но “spooky” только этого и ждут.

      Нина раньше тоже ни о чем не догадывалась. Незаметно закончила школу, потом училище. Так бы и жила незаметно дальше, как учили мудрые китайцы, которые считали, что, чем больше человек незаметен, тем меньше на него нападают. Но что-то уже начинало накапливаться, раздражать... Даже хотелось не то, чтобы нападения, а чтобы хотя бы заметили, что можно уже нападать.

      Вот для этого и надо быть немного “spooky”. Иначе ты никому не интересен. Миром правят “spooky”, с которыми не соскучишься.

     И Нина игриво подмигнула «Великому мастурбатору», для которого, по всей видимости, Сальвадор Дали и придумал “Chupachups” (что в переводе с испанского означает «соси сосучку» - так, во всяком случае, было написано на разных языках в красочном проспекте их салона).

      А Сальвадор Дали был еще тот “spooky”.

       Особенно ногти понравились русскому миллиардеру Владиславу Доронину, который захотел такие же ногти и себе (чтобы другим пацанам показывать, в случае чего) и даже посылал на розыск Нины каких-то мастурбаторов... Но к тому времени Нина уже перешла на следующий уровень «пудака» и росписью ногтей не занималась.

      Теперь по ногтям она гадала... и, согласно слухам, предсказала судьбу Буша младшего, если он станет баллотироваться на первый свой пудак.

      Буш потом часто к ней обращался, особенно по политическим вопросам. А однажды Нину в срочном порядке вызвали в Белый Дом какие-то ногти показать. Снимки были сделаны из космоса и очень секретны. Нина, конечно, многое могла бы сказать про эти ногти, но понимала, что от ее слов сейчас может зависеть...

      Еще эта Кондолизза Райс над душой стоит и буровит своим  взглядом. Даже хотела послать ее подальше, но 6-й флот во главе с авианосцем «Джорджем Бушем» там оказался раньше, и спасти ситуацию может только асс... Асимметричный ответ, если на русский перевести. Так и сказала тогда Жоре Бушу - все что угодно, но с рогаликом надо быть поосторожнее... этот рогалик - у него слабое звено.

     - Yep... - слабое звено.

      И сразу весь Белый Дом пришел в движение. Забегали и закружились «ногти». Только Кондолизза Райс застыла стоуном, словно в ней произошло короткое замыкание и надо срочно заменить предохранители.

      Но тут на помощь поспешил вице-президент Дик (оказывается, тоже  «дик») Чейни, который сказал «фак», и Кондолизза сразу встрепенулась и застучала каблучками по мрамору.

      Так президентом России стал В.Путин.

...Все это Нина рассказала ему, когда приезжала в Ялту на круизном теплоходе с какими-то старыми пердунами  в шортах. И пока пердуны в прохладных подвалах Масандры дегустировали хересы, они с Ниной  в пиратском баре «Остров сокровищ» пили ром и целовались носами, как пингвины. Потому что после шампанского в носах еще оставались пузырьки, от которых хотелось смеяться и плакать одновременно.

В порыве ностальгии Нина даже подарила ему 500 «маней», которые в стране стоячих «диков» честно заработала на ногтях.  

       Хотела еще по ногтям предсказать что-нибудь хорошее, но он сказал, что президентом быть не хочет... и прокурором - не хочет... и директором банка - не хочет, и депутатом - не хочет... и выглядывать из-за кустов, гаишником, - не хочет, разве что - киллером... только пули сделать из какашки, чтобы в оптический прицел было видно, как Чубайс (в зависимости от заказа) размазывает по фейсу причитающуюся ему пулю.

      И они мощно перешли на виски, которое Нина привезла ему в подарок из  страны «стоячих членов».

       Это было последнее, что он помнил, потому что в том месте, где его застало утро, ни Нины, ни 500 «маней» уже не было. А был пиратский фингал под глазом  и шишка в том месте, где, по идее, должна находиться голова, которой он пока не ощущал. Так, неловкое пространство пустоты сразу за шишкой, которая болела и мешала думать странное - что он... не он... А точнее, не совсем он.

      «Потому что муравьи в минуты опасности могут действовать, как всеобщий мозг (на днях по телеку показывали), когда функции одной головы берет на себя голова другого... муравья».

      И сейчас он немного Буш... И не просто Буш из всем известного кино, где он спасает планету Земля от  “spooky” пришельцев и прочих зеленых человечков... А самый настоящий Джордж Уокер Буш, 43 президент Соединенных Штатов Америки (которая сейчас спит), поэтому его, Вадима Петровича,  голове пришлось взять командование на себя и отдать приказ 6-му флоту США направить свои «дики» на остров Кипр, где скоро должно начаться самое интересное.

      Но в ту же секунду в глаза брызнул свет, и из темноты возник сам лично Бог Эрлик Хан в образе уборщицы со шваброй бабы Шуры, которую он знал еще в прошлой жизни, когда дежурил в приемном отделении больницы. Было там у них одно место в закутке под лестницей, куда скорая свозила алкашей со всего города.

      Если, конечно, такому алкашу вставить в ноздри ватку с нашатырным спиртом, то через пять секунд он начинает крутить педали. А еще через три - выходит на орбиту вокруг приемного покоя, который кажется ему капсулой космического корабля и все время хочется спросить «просто... та... проста... то...».

      ...Короче, можно считать дежурство испорчено. Поэтому лучше алконавта не тревожить. А дождаться, когда под лестницей сработает эффект пирамиды, и космос вернет ему разум. Во всяком случае, утром под лестницей никого не оказывалось.  

      Баба Шура еще что-то кричала на непонятном языке, а ее швабра угрожающе приблизилась к голове (которой не было) и вот-вот должна была коснуться шишки... которая была. Наверное, он все-таки что-то ей сказал, а, может, сам вид его сказал бабе Шуре больше.

      Но сейчас его волновал всего один вопрос: успел ли он отдать приказ 6-му флоту США... или швабра бабы Шуры и была тем самым ас...симетричным ответом наших пацанов ихним мастурбаторам, так сказать.

   Пощарив по карманам, нашел какую-то мелочь на непонятном языке. Одна монетка была с дыркой посередине, и на ней было написано «5KRONER». Откуда у него могли взяться эти «кронеры», он хоть убей не мог вспомнить. А вот пробку от виски Джонни Уокер ред лейбл -  вспомнил сразу. И сразу понял, что надо спешить. И не просто спешить, а бежать... лететь на всех парусах, пока его Нину еще можно спасти.

      Но круизный лайнер уже ушел. А точнее, и не было никакого круизного лайнера. Последних три года - не было... А Нина - была... И Наоми Кембелл - была. Он видел ее в забытом на пляже гламурном журнальчике и даже пытался рассмотреть ногти, но тогда она еще не была знакома с миллиардером Владиславом Дорониным. И Путин уже был... Он как раз собирался в Америку, чтобы встретиться лично с Жорой Бушем на его ранчо в Техасе.

      Значит, он, Вадим Петрович, все-таки успел тогда отдать приказ 6-му флоту США.

      В парикмахерской “Crazy”, что на Екатерининской, было написано: «Посещение парикмахерской иногда становится для человека началом новой жизни, Ведь все мы выходим оттуда измененными внешне. А значит, и внутренне тоже».

Но начинать новую жизнь в его планы пока не входило. А вот запах кракелюрного лака вспомнил сразу - так пахли  баксы, которые ему  подарила Нина, а он еще хотел сказать «нет», и тогда Нина прошептала ему на ухо слово, которое было, как пароль.

      И сейчас в читальном зале библиотеки им. Чехова он вспомнил этот «пароль», который нельзя произносить вслух. А вчера кричал, безумствовал и лез на стол, чтобы исполнить какую-то симбабву, которую тут же придумал в честь своей «ма-нины». А потом была драка, менты и... нуар... полный нуар.

      Танца «симбабва» в энцилопедическом словаре не оказалось. Слова «манина» - тоже. Еще заглянул в «Китайский календарь» предсказаний. «Пойди и выпей!» - советовал календарь за вчерашний день. Здесь все сходится. Настолько сходится, что на сегодняшний день и уточнять не стал.

      Свою голову он обнаружил на картине «Великий мастурбатор» Сальвадора Дали. Голова была вся из золота и страдальчески валялась на земле. Из головы пыталась убежать женщина, но с закрытыми глазами натыкалась на «дик», который был совсем не «вуд».

      Особенно поразил его кузнечик под носом несчастной головы.

      В комментариях к картине говорилось, что это «автопортрет», который было, конечно, не узнать, потому что кузнечик успел выгрызть мастеру его знаменитые усы.

      Что же касается  «5кронеров», то их, оказывается, просто могли забыть в джинсах, которые он, как все приличные люди, покупал в «секонде». Об этом ему поведал поэт-шатун на набережной. Еще поэт сказал, что вышел на прямой контакт с калощадкой, у которой можно узнать главное. 

      И они в срочном порядке понесли сдавать «кронеры» в «антиквар». Там поэта уже знали и за дырку в «кронерах» добавили еще «маню». Но Поэт сказал, что для калощадки это капля в море и начал прямо на набережной читать стихи:

Вспыхнуть раз над Вселенной целой!
           А потом - хоть трава не расти
           В новолунье после концерта
           я сажусь в ночное такси.

           Исчезаю в туманном свете
           навсегда. И возврата нет.
           Я живу среди вас, как ветер
           Я живу среди вас, как свет

 

      Деньги собирали в пакет для мусора.

      Денег оказалось много. Поэт даже растерялся от такого успеха и начал  читать стихи задом наперед. Он читал с закрытыми глазами, запрокинув могучую лысую голову назад, в руке крепко сжимая пробку от виски «Джонни Уокер» ред лейбл, которую ему доктор одолжил, как талисман.        И было совсем неважно – понимал или не понимал его народ, который где-то внизу уже начинал раскачиваться и камлать: «Оле-ола... оле-ола... поэт – чемпион!»

       Стало ясно, что Поэта надо спасать. А он еще вырывался и кричал: «Доран в дазан! Доран в дазан!» - то есть, «назад в народ». Но в гастрономе был тих и нем, словно инопланетянин - рассматривал ценники и морщил брови, вызывающе держал на плече батон, а с палкой колбасы не знал, что делать и все порывался сказать некое слово на букву «б», которое вдруг оборачивалось в букву «х». И тогда лоб его перечеркивала musculisprocerus или мышца гордецов, потому что все Поэты внутри себя гордецы, только об этом не догадываются и начинают страдать, как дураки.

      На пляже было пустынно и пахло иодом. Несколько чаек сразу заметили Поэта и начали подкрадываться к его батону. Но Поэт на них не обращал внимания, а вот при виде бутылок с надписью: «Рот... код... йын... роч..» вдруг заплакал и, размазывая по щекам слезы, совсем по-детски сказал: «Я больше не бу-ду».

     - Депривационный синдром, называется, - утешил его доктор, наливая кровавую жидкость в антикварный граненный стакан. - Когда поэту начинает казаться, что он больше, чем поэт.

     - А как же а как... - хотел сказать Поэт, но неожиданно вспомнилась вторая буква за буквой «х», которая почему-то оказалась «а».

     - Хороший вопрос, - сказал доктор, отгоняя пустой бутылкой чаек, которые, по всей видимости, считали Поэта за продолжение батона. – Хотя бы даже этих чаек взять... которые совсем не знают, что ты Поэт, а я - доктор... по крайней мере, когда-то был.

     - Рот... код... йын... роч... – подтвердил Поэт, который только сейчас заметил чаек и стал их звать: - Наингак... наингак... наингак...

      И сразу на место стала третья буква - «н», которая образовала слово «хан». Значит, бог Эрлик Хан где-то рядом. Да и бутылка начала пустеть существенно быстрее. К концу третьей бутылки Эрлик Хан был совсем уже хорош и затянул старую шаманскую песню, чем-то похожую на стихи поэта:

      - Все мое тело - сплошные глаза. Посмотрите на них! Не пугайтесь! Это звезды хотели сказать...

     - Стой!.. Я понял!.. Я знаю, что хотели сказать звезды, - зазвенел  стаканом в темноте поэт. Но в бутылках все кончилось еще до первой звезды. А сейчас звезд было много. Они двоились, кружились и подмигивали, словно  увлекая по лунной дорожке за собой, где вот-вот должно начаться самое интересное.

Пришлось даже сесть в ночное такси (совсем как в стихах Поэта), которое с места рвануло по лунной дорожке, только в обратную сторону. И сейчас они на огромной скорости неслись по ночному городу. Машину бросало на поворотах, визжали тормоза.

     - WelcometoHell! – прокричал таксист, с хохотом входя в новый вираж. 

     -Дыр бул щыл! – на языке звезд ответствовал ему Поэт. - Убешщур! – И они оба хохотали, как сумасшедшие.

     В бликах света мелькнуло в профиль лицо таксиста, и Вадим Петрович его узнал. Это был Бог Эрлик Хан. Он был похож на Чингизхана с бутылки водки, которую они распили еще на пятом пудаке... Горящий красным спидометр показывал скорость тоже в пудаках, и сейчас они неумолимо приближались к седьмому...

      - Убешщур! - и звезды сыпались на спящий внизу город. Это закончилась лунная дорожка, и машина замерла перед огромным зданием с надписью «Хотел Ялта».

     - Это она... калощадка... - совсем трезвым голосом сказал Поэт. - О ней знают теперь трое. А сейчас можешь загадать желание.

     - Убешщур! – подтвердил Эрлик Хан.

 

 

       ** Сергей Новиков – талантливый ялтинский поэт, который, казалось, только начинал входить в пик своей славы, но время резко изменилось и перестало его любить.

      Он умер в 51г. от нищеты и дешевые крымские вина здесь ни при чем. Многие его «почитатели», как пили когда-то с ним, так и  продолжают это делать без него, словно ничего не случилось.

      В Крымской мифологии о Сергее существует много мифов. Судьба словно шутила над поэтом или издевалась, подбрасывая в его жизнь какие-то инфернальные сюжеты.

      Например, последним местом его работы была «гильотина». Он так и говорил с каким-то потусторонним юмором: «Сейчас я работаю на гильотине...».  Это когда его устроили резать проволоку на устройстве под названием «гильотина».

      Есть миф, что когда В.Маяковский приезжал в Ялту читать стихи, дед Сергея заплатил кровный рубль, чтобы попасть на поэзоконцерт. Но после стихов Алексея Крученых «Дыр бул щыл... убешщур...», затребовал свой рубль обратно. И уже никто не узнает, что ему ответствовал  тогда В.Маяковский, но кровный рубль деду Поэта вернул.

      Вот такая выстраивается кармическая связь.

      У Сергея Новикова было много друзей, но все они к концу жизни растерялись во времени и пространстве.

      Дружил Сергей и с Поэтом Алексеем Парщиковым, который любил Крым и не раз навещал Сергея в Ялте. В одну из таких встреч и возник миф о калощадке – огромном добром кролике, который живет в Ялте (если не считать Намибии и Новой Зеландии), но его никто не видит, потому что для этого надо быть Поэтом.

      Есть подозрение, что Маяковский тоже видел калощадку.


 


 
ИРИНА ГОРБАНЬ. ПОСЛЕ ПЛЕНА
СВЕТЛАНА ЗАМЛЕЛОВА. ПОСАДСКИЕ СКАЗКИ
ЮРИЙ МИХАЙЛОВ. ВЬЮН-ВЬЮНОК
ЕВГЕНИЙ ИМИШ. "БАЛЕТ. МЕЧЕТЬ. ВЕРА ИВАНОВНА"
ДМИТРИЙ КОНАНЫХИН. МОСКВА, ДВЕ ВИЗИТКИ И KNICKERLESS DRESS
ЛЕОНИД НЕТРЕБО. ПОЛУОСТРОВ НАЛИМ
Все публикации
Наталья Баева

Москва
Комментарий
Дата : Вт. Декабрь 24, 2013, 00:10:13

Самое необычное и самое завораживающее из всего, что нам прислали на конкурс "Город у моря". Несомненно, очень талантливая вещь. Просто... не для конкурсов. Совсем не форматное, так сказать, произведение. Интересно почитать другие рассказы этого самобытного автора.
Ирина Митрофанова

Москва
Комментарий
Дата : Вт. Декабрь 24, 2013, 12:35:42

Сейчас прочитала спокойно и расслабленно. В общем, это и надо читать расслабленно, как бы фразы не пытаться понять, а просто их "кушать", "брать в голову и жевать не спеша и размеренно", "поймутся", точнее: переварятся в конце. Какой-то гуманный постмодерн, когда уже вроде все ориентиры потеряны, надеяться не на что, остается только верить в калошадку, её ведь даже возможно Маяковский видел.
Миньковская Роза

Севастополь
Комментарий
Дата : Вт. Декабрь 24, 2013, 16:36:00

Завораживающая поэзия в прозе, удивительная смесь реальных картинок и сюра. Органично, художественно, талантливо и не вымученно о мучительном.

Вход

 
 
  Забыли пароль?
Регистрация на сайте