Заказать третий номер

Просмотров: 1626

 

«Душа живая, он необоримо

 Всегда себе был верен и везде -

 Живое пламя, часто не без дыма

 Горевшее в удушливой среде...



 Но в правду верил он, и не смущался,

 И с пошлостью боролся весь свой век,

 Боролся и не разу не поддался...

 Он на Руси был редкий человек».

                         Ф.И. Тютчев "Памяти Е.П. Ковалевского"

 

Имя Федора Ивановича Тютчева в свое время оказалось как будто на неприметной обочине того, что принято именовать "литпроцессом". Автор редко издавался, оба прижизненных печатных сборника вышли в свет без его сознательного участия, почти как явления природы. При этом вторая книга по своей идейной направленности совсем не стремилась развить заметного - по отзывам именитых коллег - успеха первой.

Взгляд поэта на происходящее лишен малейшей суеты; той суеты, которой удавалось возмущать даже олимпийское с виду спокойствие Г. Флобера после скандального в начале, но неоспоримого триумфа его "Госпожи Бовари".

Отчужденность Тютчева от отечественных литературных кругов можно было бы объяснить объективными житейскими обстоятельствами: его дипломатической службой и прочим. Порой даже друзьям и единомышленникам он казался упоенным успехами в свете. Так, университетский приятель М. П. Погодин в конце 1820-х годов с явными неудовольствием и сарказмом отмечал, что "от него пахнет двором".

Однако поэт, страстно увлеченный политикой (посвятивший ей многие статьи и стихи), к своей дипломатической карьере относился весьма беспечно.

Не имея возможности венчаться с Эрнестиной Дернберг (его второй супругой) в Италии, он просил об отпуске и, не получив его, самовольно оставил посольство и на несколько месяцев отбыл в Швейцарию, где в июле 1839-го они венчались по двум обрядам: православному и католическому.

В результате своего проступка Тютчев в том же году был снят с должности секретаря посольства в Турине. В 1841 году он был официально уволен со службы и в наказание за ряд самовольных отлучек лишен звания придворного камергера.

 "Его не привлекали ни богатство, ни почести, ни даже слава. Самым глубоким, самым заветным его наслаждением было наблюдать зрелище, которое представляет мир, с неутомимым любпытством следить за его изменениями и делиться впечатлениями со своими соседями" - так отзывался князь Иван Сергеевич Гагарин о тридцатилетнем Тютчеве...

Читать полностью